---

ПУБЛИКУЕТСЯ ВПЕРВЫЕ

ОБЗОР

ОБ ИТОГАХ И СОСТОЯНИИ РАБОТЫ ПО ПЕРЕСМОТРУ ДЕЛ О КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ И РАЗРЕШЕНИЮ ЖАЛОБ ПО ЭТОЙ КАТЕГОРИИ ДЕЛ ЗА 1955-1956 гг.

(СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО)

Экземпляр № ^{[1 – УГКБ. 2 – ВПО. 3 – Обком КПСС. 4 – Прокурору Т.О. (Томской области). 5 – в наряд. исп. ЛАРИОНОВ (Иван? Абрамович?), отп. гб № 2165 19/10/1956]}

Источник: [изъятые данные].

Опубликовано: в 17:00 – 25 июня 2018 год – г. Томск, Россия.
URL: https://karagodin.org/?p=20649
KARAGODIN.ORG

---

Документ

Расшифровка

<начало документа>

Совершенно секретно
Экземпляр № 3.

(штампы прокуратуры)

Первому Секретарю Томского Обкома КПСС
тов. МОСКВИНУ В.А.

При этом, в порядке информации, направляю копию обзора "Об итогах и состоянии работы по пересмотру дел о контрреволюционных преступлениях и разрешению жалоб по этой категории дел за 1955-1956 г.г."

Одновременно ставлю в известность, что один экземпляр копии обзора направлен начальнику Управления КГБ при СМ СССР по Томской области с просьбой обсудить его на оперативном совещании работников следственного отдела.

Приложение: по тексту на 23 листах.

Прокурор Томской области старший советник юстиции / Яков Федорович ВЫПРЯЖКИН /

(подпись) (визы) (резолюции) (штампы)

ОБЗОР

"Об итогах и состоянии работы по пересмотру дел о контрреволюционных преступлениях и разрешению жалоб по этой категории дел за 1955-1956 г.г."

1.

С момента издания Указа Президиума Верховного Совета СССР о пересмотре дел о контрреволюционных преступлениях и Приказа Генерального Прокурора Союза ССР "О порядке рассмотрения жалоб и заявлений от лиц, отбывших наказания по решени вывшей Коллегии ОГПУ, троек НКВД-УНКВД и Особого Совещания при НКВД-МГБ-МВД СССР" прошло два года.

За этот период времени оперативными работниками следственного отдела Управления КГБ при Совете Министров СССР по Томской области проделана определенная работа, по пересмотру дел, разрешению жалоб и заявлений, поступающих от лиц, осужденных за контрреволюционные преступления и от их родственников.

Об общем итоге этой работы за обозреваемый период, по состоянию на 15 декабря 1956 года, включая итоги работы Помощник Военного прокурора СибВО по Томской области и прокуроров спецотдела областной прокуратуры, показывают следующие данные / см. таблицу на стр. 2 /.

Приведенные выше цифровые данные свидетельствуют о том, что по всем делам, пересмотренным в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 декабря 1954 года и Приказом Генерального Прокурора Союза ССР №220с от 29 декабря 1954 года и большинству судебных дел, производились дополнительные следственные проверки. Причем, все 295 дел в отношении 1742 человек о контрреволюционных преступлениях 1937-1938 г.г. и более позднего периода, пересмотренные в порядке Приказа № 220с, были прекращены, а осужденные по ним советские граждане полностью реабилитированы.

(конец листа № 1)

ТАБЛИЦА (заполняется)

(конец листа № 1)

Отказа о пересмотре этих дел не имелось.

За этот же период из общего количества пересмотренных судебных дел 104 дела в отношении 139 человек производством были прекращены, по 72 делам на 119 человек изменено приговоров и по 128 делам в отношении 188 человек в пересмотре дел было отказано.

Анализ архивно-следственных дел, поступающих с материалами проверки из Управления КГБ при Совете Министров СССР по Томской области и данных, имеющихся в распоряжении военной прокуратуры СибВО и прокуратуры Томской области, показывает, что решения по пересмотренным делам принимались в основном правильно. По двум архивно-следственным делам / ШТАЙНЕР ^{["Штайнер Шимон Самойлович, 1896 г., род. г. Горлице (Польша), проживал в г. Томске по ул. Усова, 1, рабочий электромеханического завода. Арестован в1943 году. Осужден на 8 лет ИТЛ. Реабилитирован 18 октября 1956 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} и ГАРДОШ ^{["ГАРДОШ Генрих Германович, 1893 г., род. г. Будапешт (Венгрия), проживал в г. Томске, портной. Арестован в 1943 году. Осужден на 10 лет ИТЛ. Реабили-тирован 16 октября 1956 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} /, которые проверялись ЕЛСУКОВЫМ, были вынесены заключения об исключении из обвинения ст.ст. 19-58-8 и 58-11 УК РСФСР и оставлении без изменения предъявленного им обвинения по ст. 58-10 ч. П УК РСФСР.

В связи с отсутствием в материалах этих дел объективных доказательств, подтверждавших их виновность в антисоветской агитации, Военная Прокуратура в своем протесте по этим делам поставила вопрос о прекращении дел.

Президиум Томского областного суда удовлетворил протест прокуратуры и прекратил эти дела. По другим делам решения принимались правильно, если не считать, что по некоторым из них имелись расхождения по основаниям прекращения дел, о которых будет сказано ниже.

Фактов отмены принятых решений по делам вышестоящими инстанциями, как обоснованных, не имелось.

В пересмотре дел за обозреваемый период, кроме Помощника Военного Прокурора СибВО и работников спецотдела Облпрокуратуры, принимали участие оперативные работники следственного отдела Управления КГБ по Томской области БАБИКОВА, ГРУЗНЯЕВ, ГОЛОСКОВ, ГРЕХОВ, ГОВОРУХИН, ЕЛСУКОВ, ЕЛУФЕРЬЕВ, КОМАРОВ, ЛИНОВ, ЛЕЩЕВ, ЛЕЖЕНКО, МАКАРОВ, ПОДОПЛЕЕВ, ПЕЧЕНКИН, РУБЦОВ, СПРАГОВСКИЙ, СКРЯБИН ^{[!!!] [работал с делом КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, СЕРГЕЕВ и ЧЕЛНОКОВ.

Если проанализировать работу каждого из них, то количество пересмотренных архивно-следственных дел распределиться следующим образом / см. таблицу на стр. 4/.

Цифровые данные, приведенные в этой таблице, наглядно показывают объем работы каждого следственного работника и свидетельствуют о том, что количество пересмотренных дел в 1956 году, по сравнению с 1955 годом, значительно возросло.

Однако, из этого не следует вывода о том, что работа по пересмотру дел о контрреволюционных преступлениях у всех следователей стоит на надлежащем уровне. Отдельные следователи проявляют еще мало энергии и в результате своей неорганизованности дают низкие показатели в работе по пересмотру этой категории.

Как показала проверка, основной причиной низких показателей работы отдельны следователей является отсутствие

(конец листа № 3)

плана дополнительной следственной проверки по конкретному делу, который бы способствовал полноте и быстроте проверки, предусматривал объем следственных действий, наименьшую затрату средств и времени.

ТАБЛИЦА (заполняется)

(конец листа № 4)

Отсутствие планирования приводит к тому, что следователи не представляют себе когда, каким образом, по какому делу и какие следственные мероприятия они должны выполнить и даже не знаю какие конкретные дела находятся у них в производстве, так как продолжительное время к ряду дел вообще не прикасаются и забывают о их существовании.

Отсутствие в работе планового начала ведет к нерациональному распределению рабочего времени и ненадлежащему уплотнению рабочего дня.

Следователи еще недостаточно работают над повышением организованности в работе и не добиваются того, чтобы первоначальные следственные действия по жалобам и проверке дел / истребование основного и смежных дел, розыск свидетелей ^{[см. допрос свидетелей следователем СКРЯБИНЫМ по делу КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, осужденных, экспертов и других лиц, направление отдельных требований, запросов и т.д. / производился без задержки, по поступлении жалобы /дела / и чтобы этими первоначальными следственными действиями охватывались одновременно все дела, находящиеся в производстве следователя.

Неорганизованность в работе создает большие промежутки между следственными действиями, не обеспечивает правильного распределения очередности производства дополнительных следственных мероприятий и ведет к грубому нарушению установленных законом сроков проверки дел и жалоб.

На сроки пересмотра дел и разрешение жалоб трудящихся влияют не только изложенные выше обстоятельства, но и длительное отсутствие следователей в служебных командировках.

О времени отсутствия следователей в служебных командировках свидетельствуют следующие данные:

1955 год

• ЧЕЛНОКОВ – 77 суток.
• СПРАГОВСКИЙ – 68 суток.
• ЕЛУФЕРЬЕВ – 51 суток.

1956 год

• ЧЕЛНОКОВ – 99 суток.
• СПРАГОВСКИЙ – 90 суток.
• ГУЗНЯЕВ – 88 суток.

Анализ этих данных показывает, что у некоторых следователей / ЧЕЛНОКОВ и СПРАГОВСКИЙ / почти половина всего рабочего времени уходит на командировки, за время которых проверяется незначительная част архивно-следственных дел, а основная масса дел залеживается в сейфах и по ним ничего не делается.

(конец листа № 5)

Передача архивно-следственных дел и жалоб, в том числе особоконтрольных, другим работникам на время отсутствия следователя в командировке не практикуется.

За последнее время следственный отдел стал поручать выполнение отдельных следственных действий, а в некоторых случаях и полную проверку дел, периферийным работникам. Такая практика является положительной, ее следует закреплять и применять в более широких масштабах и совсем отказаться от командировок, связанных с выполнением отдельных следственных мероприятий и проверкой одиночных дел в те районы, где имеется аппарат уполномоченного УКГБ. Однако, имеют место случаи, когда дела, направленные для проверки в периферийные органы никем не контролируются и заволокичиваются. К тому же работники прокуратуры в этих случаях лишаются возможности осуществить надзор за проверкой этих дел.

Так, в апреле-мае 1956 года в следственный отдел были направлены для проверки архивно-следственные дела по обвинению ГЕИЕР, ЕКИМОВА и МЕЛЬНИК. Два последних дела состоят из нескольких страниц и проверка их не представляет большой сложности. До 17 августа 1956 года указанные дела волокитились в следственной отделе, а затем были пересланы для проверки уполномоченным УКГБ по Колпашевскому и Кривошеинскому районам, где первых два дела проверялись до декабря 1956 года, а проверка третьего по состоянию на 15 декабря еще не окончена. В каком положении находится проверка этого дела и когда она будет закончена неизвестно.

По этой же причине с апреля 1956 года волокитилось разрешение особоконтрольной жалобы гражданки ИОДИС-ШЕЛКОВОЙ по архивно-следственному делу ИОДИС ^{[Вероятно это "ИОДИС Виктор Дмитриевич, 1906 г., род. местечко Усвятый Витебской губ.,проживал в с. Кривошеино, старший ветврач райзо. Арестован в 1937 году. Рас-стрелян. Реабилитирован 20 августа 1957 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} и других, проверка которого производилась периферийными работниками. Сроки проверки по этому делу истекли 10 июня 1956 года.

При направлении архивно-следственных дел для проверки в периферийные органы необходимо эти дела брать на контроль и устанавливать для выполнения поручений по делам сжатые сроки, исходя из того, что на местах проверка дел не связана с особыми трудностями.

Проверку архивно-следственных дел по особоконтрольным жалобам необходимо производить силами работников следственного отдела.

Окончание проверок по некоторым делам / дело ВОЛЬНИЦКОГО ^{[Вероятно это "ВОЛЬНИЦКИЙ Александр Владимирович, 1913 г., род. с. Брустовка Петров-ской губ., проживал в дер. Кедровый Мыс Парабельского р-на, единоличник.Арестован в 1938 году. Расстрелян. Реабилитирован 13 сентября 1957 года." или "ВОЛЬНИЦКИЙ Владимир Лаврентьевич, 1880 г., род. с. Брустовка, проживал в дер. Кедровый Мыс, единоличник. Арестован в 1938 году. Расстрелян.Реабилитирован 13 сентября 1957 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} и других / задерживалось в связи с тем, что были проверены

(конец листа № 6)

факты поджогов смолокуренного завода и других общественных построек, лесных массивов и т.д., якобы совершенных осужденными с диверсионной целью и имевших место в отдаленных северных районах Томской области.

О наличии или отсутствии этих фактов, причин их возникновения можно было в короткий срок получить сведения от прокуроров районов, или других местных органов путем посылки в эти органы отдельных требований или запросов, а не волокитить проверку этих дел на протяжении 8-9 месяцев.

За последнее время в практике работы следственных отделов других Управлений КГБ широко практикуется метод одновременной проверки дел, если осужденные обвинялись в принадлежности к одной контрреволюционной организации и проверка этих дел не в ущерб своевременному разрешению жалоб.

Однако этот метод проверки дел работниками следственного отдела практикуется еще мало, что также сказывается на количестве поступления пересмотренных дел.

На розыск одних и тех же дел затрачивается значительная часть рабочего времени, причем, одно и тоже дело подымается из архива и обозревается неоднократно, но не пересматривается лишь потому что, по делу не поступило жалобы, хотя и по нему можно было принять решение на основании материалов проверки основного дела или же произвести по нему проверку одновременно с основным делом.

Следует отменить в этом направлении положительную работу следователя СПРАГОВСКОГО, пересмотревшего в 1956 году значительное количество смежных дел. Так, получив архивно-следственное дело № 306 по обвинению НАЛИМОВА А.Т. ^{["НАЛИМОВ Андрей Трифонович (Трофимович), 1899 г., род. с. Усть-Пристань Алтайского края, проживал в пос. Новиково Парабельского р-на, член неуставной сельхозартели. Арестован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован 18 октября1956 года." – прим. KARAGODIN.ORG]}, истребованное по жалобе родственников осужденного, он одновременно пересмотрел архивно-следственные дела на всю групп улиц, в том числе дело на руководителя этой группы СОМОВА ^{[Вероятно, это "СОМОВ Александр Евдокимович, 1889 г., род. с. Верх-Алейское Змеино-горского р-на ЗСК, проживал в пос. Пристанской Парабельского р-на, член сельхозартели «Рассвет». Арестован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован25 октября 1956 года."  – прим. KARAGODIN.ORG]}, обвинявшихся в принадлежности к одной и тоже де антисоветской организации.

Одновременной проверкой было охвачено 9 архивно-следственных дел, а материалы проверки были сосредоточены в одном томе.

На проверку этих дел было затрачено столько же средств и времени, сколько потребовалось для проверки одного архивно-следственного дела на участника этой же группы ЗИНОВЬЕВА ^{[Вероятно это "ЗИНОВЬЕВ Евстафий Родионович, 1882 г., род. дер. Тамолино Новосибирской обл., проживал в г. Томске в пос. Черемошники, разнорабочий лесоперевалочной базы. Арестован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован 27 августа 1959 года." либо "ЗИНОВЬЕВ Петр Васильевич, 1902 г., род. с. Брусенцево Усть-Пристанского р-на Алтайского края, проживал в пос. Тарск Парабельского р-на, заведующий ларьком. Арестован в 1937 году. Осужден на 10 лет ИТЛ и 5 лет поражения в правах. Реабилитирован 20 декабря 1955 года." – прим. KARAGODIN.ORG]}, пересмотренного в 1955 году.

(конец листа № 7)

СПРАГОВСКИЙ также одновременно пересмотрел архивно-следственные дела на группу лиц, из числа профессорско-преподавательского состава, осужденных Военной Коллегией Верховного Суда СССР за принадлежность к антисоветской троцкистской организации / архивно-следственные дела по обвинению ГАЛАХОВА ^{["ГАЛАХОВ Федор Васильевич, 1890 г., род. г. Пенза, проживал в г. Томске по пр. Тимирязевскому, 30-4а, профессор Томского индустриального института. Арестован в 1936 году. Расстрелян. Реабилитирован 9 января 1957 года." – прим.  KARAGODIN.ORG]}, ЯКИМОВА ^{["ЯКИМОВ Михаил Никитич, 1898 г., род. дер. Воецкая Шарыповской вол.Уфимской губ., проживал в г. Томске по пр. Тимирязева, 30-13, доцент ТИИ.Арестован в 1936 году. Расстрелян. Реабилитирован 9 января 1957 года." – прим.  KARAGODIN.ORG]}, КЛИМОВА ^{["КЛИМОВ Максим Захарович, 1896 г., род. дер. Малое Солдатское Суджан-ского р-на Курской обл., проживал в г. Томске по ул. Черепичной, 25-3, доцент Томского госуниверситета. Арестован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован9 января 1957 года."  – прим.  KARAGODIN.ORG]} и других / .

Он же этот метод проверки применил при пересмотре архивно-следственных дел на группу КОЛОТОВКИНА ^{[Вероятно один из 4х КОЛОТОВКИНЫХ: 1) "КОЛОТОВКИН Василий Вонифатъевич (Бонифатьевич), 1900 г., род.дер. Алатаево Парабельского р-на, проживал в с. Нарым, агент заготпункта. Аре-стован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован 6 февраля 1958 года.", 2) "КОЛОТОВКИН Дмитрий Михайлович, 1898 г., род. с. Тымск Каргасокского р-на, проживал в г. Колпашево по ул. М. Горького, 9, технический директор рыб-ного промысла. Арестован в 1937 году. Расстрелян. Реабилитирован 11 октября1956 года.", 3) "КОЛОТОВКИН Ефим Николаевич, 1884 г., род. дер. Алатаево, проживал в г. Томске по ул. Войкова, 28, сторож Поросинского спиртзавода. Арестован в1937 году. Расстрелян. Реабилитирован 9 июля 1959 года.", 4) "КОЛОТОВКИН Порфирий Парменович, 1900 г., род. с. Волотаево Каргасок-ского р-на, проживал в с. Александрово Каргасокского р-на, рабочий райлесхоза.Арестован в 1937 году. Осужден на 8 лет ИТЛ и 5 лет поражения в правах.Реабилитирован 7 мая 1989 года." – прим.  KARAGODIN.ORG]}, обвалявшуюся в принадлежности к антисоветской повстанческо-террористической организации.

Что касается остальных следователей, то метод одновременной проверки дел в своей работе они практикуют мало, только при наличии указания прокуратуры или определения судебного органа и личной инициативы в этом деле не проявляют.

В некоторых случаях объединение архивно-следственных дел для одновременной их проверки и сосредоточением материалов проверки в одном томе является нецелесообразным.

Так, по поручению прокуратуры следственным отделом производилась проверка дела по обвинению САХАРУК Л.П. ^{["САХАРУК Лука Петрович, 1904 г., род, дер. Малыши Стриговской вол. Коб-ринского уезда Гродненской губ., проживал в с. Зырянское, директор средней школы. Арестован в 1936 году. В августе 1937 года осужден на 7 лет ИТЛ и 3 года поражения в правах. Вторично осужден в августе 1937 года к ВМН. Расстрелян. Реабилитирован 9 сентября 1957 года." – прим.  KARAGODIN.ORG]} и других, осужденных 18 октября 1937 года в особом порядке Комиссией НКВД и Прокурора СССР за принадлежность к антисоветской шпионско-диверсионной повстанческо-террористической "Польской организации войсковой".

В процессе проверки этого дела было установлено, что САХАРУК 10 февраля 1937 года выездной сессией спецколлегии ЗапСибкрайсуда на основании ст. 58-10 ч.1 УК РСФСР был осужден по другому делу, в числе другой группы лиц, обвивавшейся   в проведении антисоветской агитации.

Проверявшая эти дела БАБИКОВА совершенно неправильно сосредоточила материалы проверки в одном томе и вынесла по ним одно заключение, несмотря на то, что дела подлежали рассмотрению в разных судебных инстанциях: первое – в Военной Коллегии Верховного Суда СССР, а второе – в Президиуме Томского областного суда.

На устранение этого недочета, / разъединение / материалов проверки и составление новых заключений, потребовалось полмесяца, а проверка самих дел волокитилась на протяжении 8 месяцев.

Аналогичную ошибку допустил СПРАГОВСКИЙ, пересматривавший дело НОСКОВА ^{[Вероятно это "НОСКОВ Филипп Федорович, 1899 г., род. с. Н-Николаевка Мариинского уезда Томской губ., проживал в г. Томске, научный сотрудник ТЭМИИТа.Арестован в 1936 году. Осужден к 10 годам тюремного заключения и 5 годам поражения в правах. Реабилитирован 7 апреля 1956 года." – прим.  KARAGODIN.ORG]} и других объединивший проверку совершенно разных дел.

(конец листа № 8)

Поэтому метод одновременной проверки дел и сосредоточение материалов проверки в одном томе рекомендуется практиковать по группе однородных дел, по которым осужденные обвинялись в принадлежности к одной контрреволюционной организации.

2.

О СРОКАХ РАССМОТРЕНИЯ ЖАЛОБ

В связи с изданием Указа Президиума Верховного Совета от 22 декабря 1954 года особенно важное значение приобрел участок рассмотрения жалоб трудящихся на решения и приговоры, вступившие в законную силу.

Практика работы по рассмотрению жалоб и проверке дел показывает, что при правильной постановке этой работы вполне возможно в установленный срок разрешать все поступающие жалобы.

Приказом Генерального Прокурора Союза ССР № 220с и совместного разъяснения Прокуратуры Союза ССР и Комитета госбезопасности при СМ СССР № 223с/140с от 31 декабря 1954 года органам Комитета госбезопасности установлен месячный срок для проверки жалоб и дел.

Однако это указание о сроках проверки дел и разрешения жалоб не выполняется: ни одной жалобы в месячный срок не разрешено. При проверке дел по жалобам допускается медлительность и прямая волокита.

Как показала проверка, разрешение жалоб заволокичивается не только потому, что по ним несвоевременно выполняются первоначальные следственные действия, но и потому что при проверке дел и жалоб допускается обезличка.

Архивно-следственное дело по обвинению ХОДЫРЕВА ^{[Возможно это "ХОДЫРЕВ Константин Яковлевич, 1912 г., род. дер. Калиновка Залесовского р-на ЗСК, проживал в с. Зырянское, плановик районной плановой комиссии. Арестован в 1937 году. Осужден на 8 лет ИТЛ и 5 лет поражения в правах. Реабилитирован 25 октября 1956 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} в период с 18 ноября 1955 года по 28 августа 1956 года побывало на проверке у пяти следователей: ЩЕГОЛЕВА, ГОЛОСКОВА, ЛИНОВА, БАБИКОВОЙ и ЛЕЩЕВА. Проверка этого дела на 1 октября 1956 года еще не закончена.

Архивно-следственные дела по обвинению ЛЕВИНСОН ^{["ЛЕВИНСОН Илья Цалелевич, 1907 г., род. г. Гомель Белорусской ССР,проживал в г. Томске по ул. Р. Люксембург, 48-10, коммерческий директор треста «Томлес». Арестован в 1937 году. Осужден на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 3 февраля 1956 года." – прим. KARAGODIN.ORG]}, ДАЙЛИД ^{["ДАЙЛИД Василий Николаевич, 1906 г., род. с. Будча Минской губ., проживал на 54-м км Томской ж.д., рабочий. Арестован в 1932 году. Расстрелян. Реабили-тирован 1 октября 1957 года." – прим. KARAGODIN.ORG]} и других проверялись на протяжении года. Причем, проверка этих дел была заволокичена ЕЛСУКОВЫМ, а затем эти дела были переданы ГУЗНЯЕВУ.

Возмутительная волокита была допущена по архивно-следственному делу ВЕЙС ^{[Вероятно это либо: 1) "ВЕЙС Эдуард Юльевич, 1910 г., ур. и житель г. Томска (ул. Никитинская, 34-2), учащийся. Арестован в 1933 году. Осужден на 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 20 августа 1956 года.";  2) "ВЕЙС Адам Петрович, 1908 г., род. х. Павхлей Гульдяновского уезда (Лат-вия), проживал в пос. Могочино Кривошеинского р-на, чернорабочий лесозавода.Арестован в 1938 году. Расстрелян. Реабилитирован 20 сентября 1957 года." – прим. KARAGODIN.ORG]}, по которому ЕЛУФЕРЬЕВЫМ в течении почти 10 месяцев ничего не делалось, а затем дело было передано для проверке БАБИКОВОЙ.

(конец листа № 9)

С февраля-марта 1956 года, т.е. на протяжении девяти месяцев волокитится проверка архивно-следственных дел по обвинению ЛЕПНИЦКОГО, САХОВОРУК, ВОЛЬНИЦКОГО, КОЛОМЕЕЦ, ТРОНОВА, ЗМЕЧОРОВСКОЙ, МИРОШНИКОВА, ДАНДАРОН, НИКОНОВА и других, не говоря уже о тех делах, которые поступили для проверка в аппарат и последующие месяцы 1956 года.

В мае-июле 1956 года в следственный отдел были направлены для проверки архивно-следственные дела по обвинению КОРЖ, КУЗНЕЦОВА, МЕЛЬНИК, ПИРОЖКОВА, МАЛЬЦЕВА, ВАГЕР и других. Проверка этих дел не представляет большой трудности, по этим делам предложено выполнить только два следственных мероприятия, а именно, установить имелись ли в распоряжении органов следствия данные об антисоветской деятельности осужденных к моменту их ареста и составить по одному-двум смежным делам обзорные справки. К тому же, сами дела состоят из нескольких страниц.

Проверка этих дел еще не закончена и жалобы не разрешены, в связи с тем, что по ним своевременно ничего сделано не было.

О ЖАЛОБАХ ОСОБОГО КОНТРОЛЯ

По рассмотрению и разрешению жалоб особого контроля допускаются серьезные недостатки. Требования о первоочередности и разрешения этих жалоб зачастую не выполняются, что порождает медлительность в разрешении жалоб и волокиту и ведет к подаче многочисленных повторных жалоб в ЦК КПСС, Совет Министров СССР и Президиум Верховного Совета СССР.

В ряде случаев поручения Прокуратуры Союза ССР и Главной Военной прокуратуры о проверке дел в порядке ст.ст. 373-377 УПК РСФСР, в связи с жалобами особого контроля, выполняются только после неоднократных напоминаний. В некоторых случаях вовсе не возбуждается ходатайства о продлении сроков разрешения жалоб, а если и возбуждается, то несвоевременно и мер к исполнению поручений к вновь установленному сроку не принимается. Нередко отсрочки испрашиваются по несколько раз.

Указанные недочеты имели место при проверке архивно-следстченных дел по обвинению ЛЕВИНСОНА, МЕДВЕДЕВА, КРЫНИЦКОГО, БЕРЕГОВОГО, ИОДИС, МИТИНОЙ и других.

Архивно-следственное дело по обвинению МИТИНОЙ

(конец листа № 10)

Г.В. и других, жалоба которой находилась на контроле ГВП, для проверки в следственный отдел было направлено 7 апреля 1956 года. Исполнение поручения о проверке дела ожидалось к 10 июня 1956 года.

Несмотря на то, что срок для проверке дела и разрешения жалобы был установлен реальный, проверка этого дела производилась в течении семи месяцев. Причем, ходатайство о продлении срока проверки дела и жалобы МИТИНОЙ не возбуждалось. Проверка этого дела была закончена в октябре 1956 года в течение 10 дней, после вмешательства работников прокуратуры. Проверявший это дело ст. следователь ЧЕЛНОКОВ объяснил, что ходатайства о продлении срока проверки дела он не возбуждал по указанию бывшего начальника следотдела ПЕЧЕНКИНА. ^{(см. ПЕЧЕНКИН Иван Николаевич – сотрудник-фальсификатор – прим. KARAGODIN.ORG)}

Разрешение особоконтрольной жалобы гр-ки ИОДИС-ШЕЛКОВОЙ было заволокичено в связи с тем, что следователь ГУЗНЕЕВ проверку этого дела начал несвоевременно, а после ухода ГУЗНЯЕВА в очередной отпуск, выполнение поручения по делу было возложено на периферийных работников.

Ходатайств о продлении срока проверки этого дела и жалобы не возбуждалось, хотя срок истек 10 июля 1956 года.

В связи с несвоевременным выполнением первоначальних следственных мероприятий на протяжении 10 месяцев волокитилось разрешение осоьоконтрольной жалобы осужденной ЗМЕЧЕРОВСКОЙ, срок проверки которой истек 20 мая 1956 года.

Отсрочки проверки жалобы по этому делу также не испрашивалось. Причем, в разрез с указаниями прокуратуры зам.начальника следотдела ЕЛСУКОВЫМ, проверяющему дело следователю дана совершенно неправильная установка, игнорирующая выполнение п.2 этого указания, которым предложено составить обзорные справки по смежным делам, в числе которых дела на вербовщиков осужденных.

О КАЧЕСТВЕ ПРОВЕРОК АРХИВНО-СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЛ

В начале пересмотра архивно-следственных дел о контрреволюционных преступлениях встречались трудности, связанные, главным образом, с определением пределов, принципов и методов проверки дел, в связи

(конец листа № 11)

с чем имели случаи возвращения дел на доследование.

При пересмотре групповых дел вопрос об обоснованности осуждения решался только в отношении осужденного, подавшего жалобу. Имея в своем распоряжении данные о необоснованности осуждения других лиц, некоторые следователи не определяли своего отношения к делу в целом, а ограничивались решением вопроса об обоснованности осуждения лишь тех лиц, в отношении которых имелась жалоба.

Дела возвращались на доследование и по другим основаниям: в процессе проверки основного дела, не изучались некоторые смежные дела, не устанавливались и не допрашивались по делу лица, проходящие по показаниям осужденных, как участники антисоветской организации, по некоторым делам не истребовались выписки из решений троек УНКВД и Особого Совещания при НКВД СССР. / архивно-следственные дела ЦОЙ, РЕКСТИНА и других/.

В процессе последующей работы эти недочеты были устранены, В ходе пересмотра архивно-следственных дел четко определялась группа вопросов, подлежащая обязательной проверке по каждому делу, сложились особые принципы и приемы проверки дел.

В данное время следователи имеют ясное представление как о пределах / рамках / проверок, так и объеме следственных действий по конкретному делу. Однако, при проверки дел некоторые следователи допускают еще серьезные недочеты и упущения.

Имеют место случаи, когда вовсе не проверяются, а если и проверяются, то частично, изложенные в жалобах доводы и факты. Часто остаются без проверки доводы жалобщиков и необъективном расследовании, о применении запрещенных методов ведения следствия, о фальсификации следственных материалов, а также других обстоятельств, имеющие существенное значение для дела.

Проверка дел этой категории показала, что обвинение советских граждан в антисоветской деятельности, как правило, основывалось исключительно на противоречивых материалах предварительного следствия, включающих в себя так называемые "самопризнания" осужденных. Причем, уголовные дела против советских граждан возбуждались при отсутствии определенных законом поводов и оснований, которые был указывали на наличие в их действиях состава преступления.

В процессе пересмотра архивно-следственных дел выводы о необоснованности осуждения советских граждан, как правило, строятся на анализе противоречий в показаниях

(конец листа № 12)

осужденных, хотя проверкой многих дел установлено, что во время следствия осужденные никаких показаний о своей контрреволюционной деятельности не давали, а в результате физического принуждения подписывали наспех сфабрикованные сотрудниками НКВД так называемые "самопризнания", в которых и допускались эти серьезные противоречия.

Поэтому поверхностная и неполная проверка доводов жалобщиков, отсутствие глубокого анализа обстоятельств связанных как с возникновением самого дела, так и с дачей осужденными "признательных показаний", не дают ясного представления о самом деле и не обнажают до конца то общественное зло, которое было причинено государству в результате нарушения социалистической законности.

Анализ архивно-следственных дел, поступающих из следотдела с материалами проверок показывает, что при допросе осужденных следователи не конкретизируют их показания по причинам самооговора и обстоятельствам применения к ним незаконных методов ведения следствия, а ограничиваются лишь лаконичной записью, сводящейся к тому, что во время следствия осужденные вынуждены были дать признательные показания или подписать заранее составленные следователем протоколы их допросов в результате применения к ним незаконных методов ведения следствия. Какие конкретно незаконные методы ведения следствия и кем применялись, из протоколов допросов не видно.

В этом направлении наиболее полно и всесторонне было проверено архивно-следственное дело по обвинению БЕР и других, из материалов проверки которого ясно представилась картина простого, но в то же время изощренного метода получения "самопризнания" от арестованных путем обмана.

Этот обман сводился к тому, что бывшие работники Томского горотдела НКВД РОМАНОВ ^{[Прямой убийца КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, ГОРБЕНКО ^{[Прямой убийца КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]} и другие свои незаконные действия маскировали под "правительственное задание", заявляя арестованным, что материалы следствия требуются советскому государству для предъявления счета империалистическим странам в целях разоблачения их шпионско-диверсионной деятельности, направленной против СССР и что арестованные, хотя и ни в чем не повинны, обязаны выполнить свой гражданский долг перед государством, т.е. подписать заранее составленные протоколы их допросов, в которых указывалось, что они являются агентами иностранных разведок и проводят

(конец листа № 13)

на территории СССР шпионско-диверсионную работу. Арестованным также на словах гарантировалось освобождение из мест заключения, хотя в последующем они расстреливались и основании их "показаний" производились новые аресты и расстрелы других ни в чем неповинных советских граждан.

К арестованным, отказавшимся от подписи этих материалов, применялись угрозы: им заявлялось, что они не могут расчитывать на благоприятную характеристику органов НКВД и будут осуждены, как неразорудившиеся враги.

Если этого было недостаточно, к ним применялась выстойка, избиение, провокационная деятельность внутрикамерной агентуру и т.д.

При таких обстоятельствах вполне ясно и понятно, как появилось на свет дело.

Проверка изложенных выше обстоятельств по большинству дел затрудняется тем, что осужденных нет в живых. В этих случаях необходимо искать другие источники исследования этих обстоятельств, в том числе устанавливать и допрашивать по этим вопросам бывших сотрудников НКВД, принимавших участие в расследовании дела.

По ряду пересмотренных архивно-следственных дел следователями ЧЕЛНОКОВЫМ и СПРАГОВСКИМ были допрошены бывшие сотрудники НКВД МАРТОН, СМИРНОВ, КАРПОВ, ДОЦЕНКО, ФИЛИППОВИЧ, ГОРБЕНКО ^{[прямой убийца КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, САЛТЫМАКОВ, КРУГЛОВ ^{[достоверно причастный к убийству КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, РОМАНОВ ^{[прямой убийца КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]}, КОНЮХОВ ^{[достоверно причастный к убийству КАРАГОДИНА Степана Ивановича – прим. KARAGODIN.ORG]} и другие, принимавшие участие в производстве массовых необоснованных арестов советских граждан и в фальсификации на них обвинительных материалов, однако за последнее время допрос сотрудников НКВД при проверке конкретных дел следователи не практикуют, а ограничиваются лишь составлением на них кратких справок.

В связи с проверкой основного дела следователям приходится изучать много смежных дел. В обзорных справках по этим делам допускаются излишние подробности, что ведет к перегрузке в работе и в то же время упускаются весьма важные обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела и жалобы осужденного.

В обзорной справке по архивно-следственному делу ВЕХТ следователь ГУЗНЯЕВ ошибочно указал дату его вербовки в антисоветскую организацию и на этом основании строил опровержение обвинительных материалов

(конец листа № 14)

по другому делу / БАЛАШ и др. /, а в обзорной справке по делу ГРОНСКОГО, составленной в связи с проверкой архивно-следственного дела по обвинению  ЛЕМИНСКОГО и других, сделал вывод о том, что "шпионская деятельность ГРОНСКОГО материалам дела не доказана"... хотя дело ГРОНСКОГО не пересматривалось и вопрос об обоснованности его осуждения органами следствия не решался.

При пересмотре архивно-следственного дела по обвинению НИКОЛЬСКОГО было изучено около двух десятков смежных дел, однако в некоторых обзорных справках не указано проходит ли по материалам этих дел НИКОЛЬСКИЙ. Дело пересматривала БАБИКОВА.

Изложенные недочеты при составлении обзорных справок по смежным делам допускаются и другими следователями.

При составлении обзорных справок по смежным делам следователи должны обращать внимание на главные вопросы и иметь ввиду, что кроме вводной части, в обзорных справках необходимо в сжатом виде излагать существо дела / фабулу обвинения /, краткий анализ доказательств, данные о том, признавали ли себя виновными осужденные и какие они дали показания в отношении лиц, проходящих по основному делу, не отказывались ли от своих показаний на предварительном следствии, какие дали показания в суде, не подавали ли жалоб после осуждения и не имеется ли в материалах дела нарушений норм уголовно-процессуального закона.

В тех случаях, когда к моменту пересмотра основного дела, часть смежных дел уже пересмотрена и по ним состоялись судебные решения о прекращении дел, составлять по ним обзорные справки не рекомендуется. В этих случаях к материалам проверка необходимо приобщить копию определения суда.

Это требование некоторыми следователями не выполняется.

Так, в заключении по архивно-следственному делу БАЛАШ и других одним из оснований, опровергающих предъявленное осужденному обвинение, ГУЗНЯЕВ привел тот факт, что архивно-следственное дело по обвинению МОЛЧАНСКОГО, по заданию которого создана антисоветская группа, в лице осужденных к этому моменту было пересмотрено и прекращено.

Однако, ни заключение, ни копию судебного решения по делу МОЛЧАНСКОГО к материалам проверка не приобщил.

(конец листа № 15)

Аналогичного характера недочеты ГУЗНЯЕВ допустил при проверке архивно-следственных дел по обвинению САПОЖНИКОВА и ОБРОТКИНА, к материалам проверки которых не приобщил копии заключений или определений суда по архивно-следственным делам по обвинению РОМИНА / вербовщика ОБРОТКИНА / и БОБРОВА / завербованного САПОЖНИКОВЫМ /, дела в отношении которых к этому моменту также были пересмотрены.

К материалам дополнительной проверки архивно-следственного дела по обвинению НИКОЛЬСКОГО БАБИКОВА не приобщила копию определения суда о прекращении архивно-следственных дел по обвинению ИЛЬИНА, ТРОИЦКОГО и ЛОМАКИНА, хотя в заключении привела этот факт в качестве основания для прекращения дела НИКОЛЬСКОГО.

Причем, не имея в своем распоряжении точных данных о результатах рассмотрения этих дел в суде, в кратких справках наугад указала, что указанные дела прекращены Президиумом Томского областного суда, хотя они были рассмотрены Военным Трибуналом СибВО.

Неполно была произведена проверка архивно-следственного дела по обвинению ЗЕЛЬЦЕР, по которому не были изучены смежные архивно-следственные дела на осужденных МЯСНИКОВА, БОГРАЧЕВА, СПРИНГИС, САВЧЕВСКОГО и ГАПОНЕНКО, а также не проверены данные следствия о принадлежности ЗЕЛЬЦЕР в прошлом к "Бунду".

Проверку этого дела производил ГУЗНЯЕВ.

При проверке архивно-следственнго дела по обвинению БАБЕНКО и других, проверявший это дело МАКАРОВ в заключении указал, что ему не представлялось возможности составить обзорную справку по делу ЯГОДЗИНСКОГО, в связи с нерозыском на него дела, в подтверждении чего сослался на л.д. 68 материалов проверка, тогда как этого листа в материалах проверки не имеется, а дело ЯГОДЗИНСКОГО находится на проверке в следотделе.

Он же при проверке дела КОНУСОВА не приобщил копию заключения по пересмотренному к этому времени архивно-следственному делу ДОЛГОРУКОВА.

Поручения органов прокуратуры о допросе осужденных и передопросе свидетелей по ряде дел не выполняются, причем следователи в заключениях указывают, что допросить их не представляется возможным, т.к. принятыми мерами розыска их местожительство не установлено. Между тем, розыск указанных лиц ограничивается формальным истребованием из адресного бюро справок. Других мер к розыску / через родственников и других лиц; запросы по месту рождения осужденных и жительства их семей и пр. / не принимается.

На эти недочеты прокуратура указывала в своем представлении от 12 ноября 1955 года по архивно-следственным делам ЛЕВИНСОНА, МЕДВЕДЕВА, ШМИДТА и других. Однако в работе следователей они продолжают иметь место и до настоящего времени.

Неполная и поверхностная проверка, как правило приводит к тому, что дела прекращаются по основаниям,

(конец листа № 16)

предусмотренным ст. 204 п. "б" УПК РСФСР, хотя прекращение по этой статье может иметь место при условиях:

а) наличия и доказанности состава преступления.

б) недостаточности улик для предъявления обвиняемого суду.

Таким образом, в резолютивной части следователи приходят к выводу о том, что само преступление, как таковое, имело место, но для предания за него обвиняемых суду улик недостаточно. Эти выводы резолютивной части находятся зачастую в противоречии с описательной частью заключения, в котором на основании анализа собранных во время проверка доказательств опровергаются приписанные осужденным обвинения.

О неполной и поверхностной проверке дела свидетельствует следующий факт.

7 мая 1956 года в следственный отдел было направлено для проверки архивно-следственное дело по обвинению БАУМАН Густава Гуговича.

БАУМАН был арестован 23 января 1943 года и обвинялся в принадлежности к фашистско шпионской организации и в антисоветских высказываниях.

Обвинения БАУМ в принадлежности к немецким разведорганам основывалось исключительно на противоречивых и неправомерных показаниях самого осужденного; а в проведении антисоветской агитации на показаниях свидетелей ГЕНРЕ-РАУ и ШВАРЦ.

БАУМАН свою вину в начале следствия категорически отрицал. Показания свидетелей ГЕНРЛЕ-РАУ и ШВАРЦ об антисоветских высказываниях БАУМАН вызывали серьезные сомнения, так как высказывания, о которых они показали, якобы имели место со стороны БАУМАН при случайных встречах с ним на улице, к тому же, ГЕНРЕ-РАУ принимала участие в допросе свидетеля ШВАРЦ в качестве переводчика и их показания почти дословны.

Достоверность данных следствия вызывала сомнения и потому, что БАУМН с 1919 года являлся членом КПГ, в составе которой вел революционную деятельности в 1920 году был избран в руководящее ядро по подготовке восстания в одном из районов Берлина. В 1924 году в группе 14 человек был арестован и осужден к 4 годам лишения свободы за "измену Республике". По отбытии наказания снова вел революционную деятельность. Из-за преследования полиции в 1930 году

(конец листа № 17)

руководством КПГ был направлен в СССР, где находился на положении политэмигранта, окончил в СССР партшколу, с 1930 года состоял членом ВКП(б), в 1936 году принял Советского гражданство, являлся инвалидом до дня ареста получал персональную пенсию.

Все это требовало объективного, наиболее полного и всестороннего рассмотрения его дела. Однако, расследование по делу было проведено с обвинительным уклоном.

ШНЕЙДЕР, которого БАУМАН назвал, как своего вербовщика в контрреволюционную шпионскую организацию, во время следствия не устанавливался и по делу БАУМАН не допрашивался.

На неполноту и необъективность расследования дела БАУМАН указывалось Военной Прокуратурой и Военным Трибуналом при неоднократном возвращении дела на доследование, о чем свидетельствуют документы, имеющиеся в деле.

В процессе доследования дела было установлено, что ШНЕЙДЕР / вербовщик БАУМАНА / были арестован в 1937 году в городе Москве и осужден на основании ст.ст. 58-10 и 58-11 УК РСФСР к 5 годам ИТЛ. Во время следствия виновным себя в антисоветской деятельности он не признал и никаких показаний о существовании антисоветской шпионской организации и принадлежности к ней БАУМАН он не дал.

Расследование по делу БАУМУН волокитилось на протяжении 10 месяцев, а 28 октября 1943 года было прекращено за смертью обвиняемого.

Поскольку во время следствия вопрос о виновности БАУМАН не был разрешен и по материалам дела нельзя было принять конкретного решения, военная прокуратура, направляя это дело на дополнительную проверку, предложила перепроверить имеющиеся в деле доказательства и при установлении невиновности БАУМАН прекратить его дело по основаниям, предусмотренным ст. 4 п.5 УПК РСФСР.

Дополнительная проверка по делу производилась на протяжении пяти месяцев. Надлежащих мер к перепроверка доказательство по делу, в том числе показаний свидетелей ГЕНРЕ-РАУ и ШВАРЦ, принято не было, а 10 октября 1956 года дело БАУМАН было прекращено по п. "б" ст. 204 УПК РСФСР.

Единственное, что было сделано во время проверки дела – это отобрано объяснение от бывшего

(конец листа № 18)

начальника следотдела УКГБ подполковника ПЕЧЕНКИНА, принимавшего участие в расследовании дела, в котором вопрос о необъективном и поверхностном расследовании дела БАЙМАН обойден.

О СОДЕРЖАНИИ и МОТИВИРОВКЕ ЗАКЛЮЧЕНИЙ

По архивно-следственным делам следователи правильного обобщают, систематизируют и оценивают собранные доказательный материал, выносят по ним мотивированные и обоснованные заключения. Однако, по некоторым делам мотивировка заключений излишне многословна и изобилует анализом многочисленных противоречий.

При составлении вводной части заключения, в которой приводятся автобиографические сведения на осужденных, некоторые следователи без всякой необходимости приводят данные о прошлой деятельности осужденных, охватывающие десятилетия и не имеющие значения для дела. Причем, эти данные иногда механически, без соответствующих проверок, берутся из материалов следствия 1937-1938 г.г., и переносятся в заключения.

Так, при составлении заключения по архивно-следственному делу ЗОЛОТАРЕВА и других на осужденного ПЛИНДО приводятся следующие сведения:

"... ПЛИНДО с 1929 года по 1933 год проживал во Франции, работал литейщиком на чугуно-литейном заводе, в июле 1933 года из Франции выехал в Польшу, а затем в августе 1933 года нелегально перешел границу СССР из бывшей буржуазной Польши..." и т.д.

По этому же делу в демографические данные осужденные КОПЫЛОВУ записано:

"... в 1918-19 г.г. служил в белой армии в чине младшего унтер-офицера, в 1930 году осужден по ст. 92 или 99 УК РСФР к одному году принудительных работ, в этом же 1930 году был раскулачен и выслан на спецпоселение в бывший Нарымский округ..." и т.д.

В таком же духе излагаются данные на остальных осужденных.

(конец листа № 19)

За счет изложения этих пространных сведений вводная часть заключения чрезмерно раздута, а основная описательная часть – сокращена.

Заключение составлял МАКАРОВ.

В автобиографические данные осужденным неправильно записывается судимость по ст. ст. УК и поражение в правах, подпавшим под амнистии, чем принижатеся значение Указов Президиума Верховного Совета СССР, которым эти ограничения с ним давно сняты.

При составлении заключения по архивно-следственному делу ЛОМАКИНА и других было неправильно указано о том, что осужденные ЛОМАКИН, РЫБЧЕНКО и ЭСАУЛОВ в прошлом являлись эсерами, хотя собранными материалами во время дополнительной следственной проверки эти данные было опровергнуты.

По этому же делу осужденному НАЗАРОВОВУ в автобиографические данные записано, что "... в 1927 году бывшим Томским оперсектором ОГПУ арестовывался и привлекался к уголовной ответственности, но был освобожден...", а ЧЕХОВУ неправильно приписана служба в армии КОЛЧАКА.

Все эти данные были взяты из материалов следствия 1937 года и механически переписаны в заключение.

Проверку этого дела производил ЕЛУФЕРЬЕВ.

В заключениях по архивно-следственным делам ЛЕМИНСКОГО, БАУЭР и других, вместо указания социального происхождения осужденных ШАЯ-ЗУБОВА, ГОРБУЛИНСКОГО и других, СПРАГОВСКИЙ записал, что они "до ареста проживали, как кулаки-спецпоселенцы в Нарымском округе...", а ШЛЯК, ДРЕЙБУХ и другие – как "единоличники".

Осужденным КАМЕНКО и ШАПЕЛЬСКОМУ без проверки указания времени, места и органа, которым они были арестованы и осуждены, записаны данные о судумости по ст. 58-6 УК РСФСР.

В автобиографические данные осужденным практикуется запись таких терминов, как "грамотный", с "нисшим образованием" и т.д. Указанные недочеты имеют место в работе каждого следователя.

Эта путаница при изложении автобиографических сведений на осужденных происходит потому, что следователи не исходят из сложившейся по этому вопросу следственной и судебной практики, которая требует

(конец листа № 20)

краткого и последовательного изложения автобиографических данных, включающих в себя, кроме фамилии и инициалов осужденных, год, место рождения, национальность и гражданство, социальное происхождение, образование и партийность, судимость, награды / если имел /, место работы и ареста и занимаемая должность.

При наличии у следователя сомнений в достоверности этих данных, необходимо уточнять их путем запросов соответствующие органы.

При составлении текста заключения не все следователи указывают листы дела, где имеется подтверждение излагаемого, что затрудняет изучение дела и возможность проверки самого заключения.

В результате небрежного отношения в тексте заключений и других метариалах проверки допускается искажения фамилий осужденных и свидетелей.

В заключении по архивно-следственному делу ПЛОХОЦКОГО и других, проверявший это дело ЛИНОВ, неправильно указал фамилии осужденных ПШИБЕЛЬСКОЙ, ФИЛЮТОВИЧ, МОНДОНЭ-ЛИНСКОЙ.

В тексте заключения и обзорной справке по делу БАЛАШ и других ГАЗНЯЕВ перепутал фамилии осужденных ПАЛАЧЕЙКО и ЗАХАТКЕВИЧ: в одном случае ПАЛАЧЕЙКО он именует ПАЛАЧЕЙКО, а в другом – ПАЛАЙЧЕНКО, а ЗАХАТКЕВИЧ – ЗАХАРКЕВИЧ и ЗАХВАТКЕВИЧ.

При составлении заключения по делу ЛЕМИНСКОГО и других СПРАГОВСКИЙ неправильно указывал инициалы осужденного КАМЕНКО.

В результативной части заключения не всегда правильно указываются юридические основания, по которым прекращается дело.

Как показывает практика, сложившаяся в процессе пересмотра дел этой категории, дела производством прекращаются по двум основаниям: за отсутствием или недоказанностью состава преступления, что предусматривается ст. ст. 4 п. 5 и 204 п. "б" УПК РСФР.

За последнее время следователи в заключениях стали практиковать ссылку на эти ст. ст. УК, однако, в большинстве случаев прекращают дела по основаниям, предусмотренным ст. 204 п. "б" УПК РСФСР, в то время как собранным в ходе дополнительной следственной проверки материалов, предъявленное осужденным

(конец листа № 21)

обвинение было опровергнуто и прекращение дел в этих случаях по ст. 204 п. "б" является неправильным.

Эти недочеты в работе следственных органов устраняются при опротестовании решения по делу и в суде.

ОБ ОСТАТКЕ НЕРАЗРЕШЕННЫХ ДЕЛ И ЖАЛОБ НА 1 ЯНВАРЯ 1957 ГОДА

Судебных | по приказу № 220с
дел : лиц   | дел : лиц

Из них:

а) Не рассмотрено: 48    158   231   1010
б) Находятся на проверке:
1) В прокуратуре:  20   71   3   9
2) В УКГБ 26   82   357   1275

О сроках проверки жалоб по делам, находящимся в производстве следственного отдела Управления КГБ при СМ СССР по Томской области свидетельствуют следующие данные:

Проверяются:

с января – 1 жалоба
с февраля – 1
с марта – 2 жалобы
с апреля – 4
с мая – 8 жалоб
с июня – 13

(конец листа № 23)

с июля – 65 жалоб
с августа – 60
с сентября – 38
с октября – 14
с ноября – 90
с декабря – 41 жалоба.

ИТОГО: 337 жалоб.

Прокурор Томской области старший советник юстиции / Я. ВЫПРЯЖКИН (подпись)

Помощник Военного прокурора СибВО по Томской области ст. лейтенант юстиции / ЛАРИОНОВ (Иван? Абрамович?) / (подпись)

20 декабря 1956 года.

отп. 5 экз.
1 – УКГБ
2 – ВПО
3 – Обком КПСС
4 – Прокурору Т.О.
5 – в наряд
исп. ЛАРИОНОВ (Иван? Абрамович?).
отп. гб
№ 2165 19-ХП-56 г.

(конец листа № 23)

<конец документа>

---

Комментарий

Будет внесен, после расшифровки. Данные исключительной важности!

Главный комментарий – все допрошенные сотрудники Томского ГО УНКВД по НСО ЗСК СССР в городе Томске оставили документальный след этих допросов; часть из них (как правило) подшивалась к контрольно-наблюдательным делам, по которым был пересмотр. Т.е. скорее всего, в контрольно-наблюдательном томе (3 томе) расстрельного дела КАРАГОДИНА Степана Ивановича подшит протокол допроса ГОРБЕНКО Георгия Ивановича (оперуполномоченного 3-го отдела Томского ГО УНКВД по НСО ЗСК СССР, мл. лейтенант госбезопасности СССР) и др. лиц (в том числе, возможно и КОНЮХОВА Александра Ивановичча  (сотрудник Томского ГО УНКВД по НСО ЗСК СССР), КРУГЛОВА Николая Андреевича (сотрудник Томского ГО УНКВД по НСО ЗСК СССР), МУРАШКОВА Василия Михайловича (сотрудник Томского ГО УНКВД по НСО ЗСК СССР), непосредственно принявших участие в убийстве.

Начиная с листа №6 упоминаются "особоконтрольные дела". Взять на заметку (предположить, что дело КАРАГОДИНА Степана Ивановича было именно таким в силу того, что его прямые родственники проживали на момент пересмотра дела в Томске и по ним / согласно воспоминанием жены КАРАГОДИНА Степана Ивановича – Анне Дмитриевне КАРАГОДИНОЙ (КОСЕНКО) были проведены активные мероприятия (в поезде с подставными лицами – случайными попутчиками) для закрепления версии, что ее муж погиб в лагере. UPD>21 апреля 2019> особоконтрольные – скорее это те, которые ведется паралельно и другими ведомствами и требуют отчетности, например, прокуратурой и т.п.

---

Подпишитесь на Telegram, MAX и YouTube.